Иудей забирается на вершину государственной власти, в его обязанности входит пополнение и контроль за казной Великого Княжества Литовского, ему завидуют Радзивилы и Сапеги. Да, в ВКЛ и такое было возможно!

У Жыгимонта Старога были все основания переживать: как воспримут его решение Радзивилы, Сапеги, Канстантин Астрожски? Богатые, влиятельные, знаменитые мужи беларуско-литовского государства, люди, привыкшие считать высшие государственные должности своим натуральным правом.

Но на этот раз речь шла о государственных финансах. Князь устал от корыстных измен, и выбор у него остался только один - Абрам Ёзафович.

На дворе стоял 1510 год. Великим литовским подскарбием - фактически руководителем государственных финансов и казны, с правом голоса в паны-раде, стал берасцейски иудей, который совсем недавно перешёл на христианство.

В те времена путь к вершинам государственной власти был чётко определён. Высшие должности занимали представители древних родов, люди, чьи отцы и деды также принадлежали к политической элите государства. Карьера Абрама Ёзафовича стала исключением из всех писаных и неписаных правил ВКЛ.

Какие должности и титулы существовали в ВКЛ

Но вернёмся почти на тридцать лет назад.

Братья Абрам, Михал и Айзик Ёзафовичи оказались в беларуском Берасци после 1482 года. Их родной Киев был разрушен войсками крымского хана Менгли-Гирея. Тысячи людей были вынуждены спасаться бегством. Среди них оказалась и семья Ёзафовичей.

ВКЛ семья выбрала не случайно: её связывали с княжеством давние торговые связи, а кроме того, привлекала атмосфера веротерпимости, существовавшая ещё со времён привилеев Витаута берасцейским и гарадзенским евреям.

Ёзафовичи умели вести финансовые дела, поэтому быстро стали нужны власти. Подобно монархам других европейских государств, великие князья литовские окружали себя богатыми евреями, с помощью которых было удобно и, главное, непублично решать собственные финансовые проблемы. Правителям требовались наличные деньги, а дать их могли только состоятельные евреи.

Абрам кредитовал великого князя Аляксандра Ягайлавича, арендовал таможни и постепенно стал человеком, без которого было трудно решать финансовые вопросы государства.

На что тратили деньги наши великие князья и короли

Сохранился любопытный эпизод. Великий князь в очередной раз занял у Абрама Ёзафовича крупную сумму - две тысячи литовских коп, что можно сравнить с ценой за хороший табун лошадей. В счёт долга он передал ему в аренду доходы от ковенскай таможни и продажи соли.

И тут происходит интересное. Не прошло и двух месяцев, как Абрам не только вернул свои две тысячи коп, но ещё и приехал в Вильню и внёс в государственную казну пятьсот коп, словно говоря: своё я забрал, а остальное – любимому государству.

Действительно ли Абрам сумел так быстро навести порядок в финансах или это была своеобразная инвестиция в собственное будущее - сказать трудно. Но при дворе его определённо заметили.

В 1495 году Абрам меняет веру - принимает православие, получает имя Иван. Это позволяет ему остаться в ВКЛ в то время, когда остальные евреи по решению великого князя Аляксандра Ягайлавича были вынуждены покинуть страну. Как бы то ни было, карьера Ёзафовича не только не прервалась, но пошла ещё быстрее.

Ковенский городничий, смаленски староста, менски войт, земли и имения в Вильни и под Гародняй, дворянский герб «Лялива» - влияние Абрама при дворе и в государстве стремительно росло.

Он руководил значительной частью таможенной системы страны, финансировал государственные нужды, кредитовал монарха. Более того, именно он контролировал работу монетного двора Великого Княжества Литоускага в Вильни.

В начале XVI века Великое Княжество Литоускае вело тяжёлую войну с Московией. Государству вновь понадобились деньги. И вновь рядом оказался Абрам Ёзафович. Что особенно интересно, его участие не ограничивалось финансами. Как писали современники, он защищал ВКЛ «не шкадуючы ни крыви, ни горла». И это видели все.

В 1510 году Жыгимонт Стары назначает его великим литовским подскарбием. Это была одна из важнейших должностей государства. К тому моменту Абрам уже являлся смаленским старастам и менским войтам. И не могло быть даже мысли, что это случайная и купленная должность.

Подскарбий отвечал за государственную казну, контролировал доходы и расходы, руководил финансовым аппаратом Великого княжества и входил в состав паны-рады.

Фактически через руки Абрама Ёзафовича проходили все главные финансовые потоки государства.

В 1514 году Жыгимонт Стары вновь занимает у него огромную сумму денег. Чтобы вернуть долг, монарх передаёт Абраму Коуна. Так Ёзафович становится ещё и ковенским старастам.

Кстати, если говорить о переходе Абрама в православие, то всё выглядит не столь однозначно. Его жена - православная беларуска Ганна Василеуна, детей звали Марына, Канстантин и Василь. История не сохранила свидетельств того, что они как-то особо тосковали по вере своих предков.

Как бы то ни было, если Абрам Эзафович принял православие, то его братья Михал и Айзик Ёзафовичи остались верны иудаизму. И это не помешало им стать одними из самых богатых и влиятельных людей беларуска-литовского государства.

Уже в 1513 году Жыгимонт Стары назначил Михала Ёзафовича «старшим над всеми евреями ВКЛ». Согласно королевскому прывилею, именно к нему должны были обращаться евреи по своим делам и через него уплачивать налоги, установленные государством. Такое назначение свидетельствовало о высоком авторитете Михала не только в еврейской общине, но и при дворе.

Братья контролировали сборы с соли и воска, содержали корчмы и шинки в Магилёве и Вицебску. В 1523 году Михал арендовал таможни в Драгичыне, Гародни, Камянцы, Бельску, а также Луцкую и Владимирскую на украинских землях. Его финансовые возможности были столь велики, что многие представители беларуско-литовской знати оказывались его должниками, и вернуть деньги нередко удавалось только при посредничестве самого короля.

Абрам Ёзафович умер в 1519 году. В апреле 1525 года Жыгимонт Стары, учитывая его заслуги и службу государству, пожаловал его брату Михалу наследственное дворянство и герб «Лялива».

Это был действительно уникальный случай: вероятно, впервые в истории Великого Княжества Литоускага дворянский титул получил человек, который при этом оставался иудеем.

Редакция

Текст переведён с беларуского языка