Этот текст - истории письменных протестов беларусов, когда слово становилось манифестом. На протяжении всего XX века и до сегодняшнего дня публичные обращения были и остаются формой сопротивления беларусов беззаконию и несправедливости. Они не меняли ситуацию, но разрушали тишину страха.

В критические моменты своей истории беларусы снова и снова обращались к публичному слову как к единственной, часто последней возможности защитить права - свои, своего народа, своего государства. Открытые письма, заявления, коллективные обращения становились формой сопротивления, нравственным жестом и попыткой сохранить человеческое и национальное достоинство.

Иногда за несколько абзацев текста люди расплачивались годами лагерей или собственной жизнью.

Сегодня по этим текстам мы изучаем нашу историю.

 
“Письмо 3-х - не называйте беларусов собаками!

4 декабря 1928 года писатели Алесь Дудар, Михась Зарэцки и Андрэй Александрович публикуют в газете «Савецкая Беларусь» короткое, но резкое обращение, которое будет стоить им лет тюрьмы, издевательств и жизни.

Молодых беларуских литераторов, учившихся тогда в Беларуском государственном университете, возмутило то, что их упорно травили и обвиняли в «белорусском шовинизме» - лишь за то, что они «везде и всегда» говорили по-беларуски. И происходило всё это в Беларуском же университете:

 Беларуских писателей обвиняют в том, что они чисто одеваются, носят галстуки, воротнички, шляпы, очки (какая преступная “роскошь”!), имеют на голове волосы и в кармане носовые платки.

Беларуских писателей обливают помоями самой грязной хулиганской брани, называют “животными”, сравнивая с “собаками”, и употребляют другие непристойные в стенах университета приёмы», - даже сегодня, читая эти слова, ощущаешь, какое унижение приходилось переживать беларуским творцам.

Авторы письма объявили своё решение - отказались продолжать обучение в таком беларуском университете.

Публикация вызвала широкий резонанс. Уже на следующий день, 5 декабря 1928 года, подписантов поддержали - пусть и очень осторожно - другие литераторы: Антон Адамович, Пятро Глебка, Сяргей Дарожны, Тодар Кляшторны, Кандрат Крапива, Максим Лужанин.

«Все факты, приведённые в письме упомянутых товарищей, соответствуют действительности, и краски не сгущены и не преувеличены», - публично свидетельствовали они в той же коммунистической газете.

Советские коммунисты вели открытую войну против беларуской интеллигенции. Алеся Дудара арестовали уже в марте 1929 года и отправили в трёхлетнюю ссылку в Смоленск, где не оставляли в покое допросами и этапами.

31 октября 1936 года Дудар в последний раз увидел свою семью - сотрудники НКВД расстреляют его в стенах известной всей Беларуси тюрьмы Володарки.

Писателя Михася Зарэцкага объявят «врагом в собственном доме», арестуют на следующий день после Дзядоў 1936 года, а в 1937-м те же сотрудники НКВД убьют его в Куропаты. Жена Зарэцкага Марыя проведёт семь лет в сталинских лагерях.

Андрэй Александрович в 1938 году получит 15 лет лагерей и сумеет выжить в заключении.

Свободу редактору “Нашай Нівы”! Протест Купалы, Коласа, Бядули

Октябрь 1939 года. Советские «освободители» продолжают своё «освобождение». В Молодечно сталинские службы арестовывают знаменитого издателя и редактора «Нашай Нивы», политика и преданного беларуского деятеля - 65-летнего на тот момент Аляксандра Уласава.

 "Арест Уласава - это крайняя нелепость, ошибка, абсурд и вред", — несправедливости не выдерживают даже те, кто пережил сталинские чистки: Янка Купала, Якуб Колас, Змитрок Бядуля. 26 июня 1940 года они пишут письмо высшему коммунистическому руководству Беларуси:

 - С именем Уласава неразрывно связана история первых беларуских газет - “Наша Доля” и “Наша Нива”… Мы хорошо знаем Уласава как человека, преданного трудовому народу, как культурного деятеля и собирателя разрозненной беларуской интеллигенции с тем, чтобы поставить её на службу народу. …К русской культуре Уласау никогда не относился отрицательно и в своей деятельности не ставил вопроса об отрыве беларуского народа от народа русского…», - стилистика письма максимально отвечает времени.

Но это не поможет. Александр Уласов приговаривают к пяти годам советских тюрем и лагерей. Там его доводят до смерти.

11 марта 1941 года Уласов погибает на долгих российских лагерных этапах.

Он первым настроил на нужную волну пока ещё малограмотную беларускую нацию - неординарный взгляд на Аляксандра Уласава

«Письмо 7-и». Битва за историю

Под лозунгом послевоенного восстановления в Минске активно уничтожается историческая застройка.

Несогласных с форматом разрушительного «обновления» столицы было немало. Но один из них - искусствовед и архитектор Михаил Кацар - начинает бороться за беларускую историю особенно активно.

В 1956 году он обращается к десяткам авторитетных учёных в Беларуси и за её пределами, пишет аргументированное письмо заместителю министра культуры СССР. Кацар предельно эмоционален:

…Взываю к Вам о помощи. В Беларуси творится страшное варварство…
…В Беларуси варварски уничтожаются памятники археологии и вообще культуры. Если не прекратить этот вандализм, то все эти памятники будут уничтожены…

…Безадказныя адносіны да старажытнай культуры Беларусі выклікаюць законнае абурэнне…»

Ему болит не только за Минск - он защищает исторические памятники Витебска, а идеологи «восстановления» уничтожают и Турау, Магилёу (там в 1956 году сносят городскую ратушу), Жыровичы, Альберцин, Воршу, Полацк, Наваградак, Крэва, Лиду, минский дворец Сапегау, доминиканский монастырь, башню бывшего иезуитского коллегиума, Замковую гору.

Осенью 1956 года Михаил Кацар ходит от квартиры к квартире, от кабинета к кабинету, убеждает тех, к чьему голосу власть может прислушаться, подписать обращение «В защиту памятников». И находит смелых.

20 октября 1956 года это обращение публикует газета «Літаратура і мастацтва». Подписантов всего семь, но каждый стоит тысяч:

поэт Пятро Глебка,
писатель Пилип Пястрак,
композитор Яуген Цикоцки,
народный артист Уладзимир Уладамирски,
декан филфака БГУ Михась Ларчанка,
академик Микалай Никольски
и собственно искусствовед Михаил Кацар.

Авторы пишут взвешенно, тщательно подбирая слова, но расставляют акценты решительно:

«…Если так преступно небрежно, как сейчас, будет продолжаться охрана памятников древности, то большинство даже тех немногих, сохранившихся до наших дней памятников культуры погибнет в ближайшие десятилетия. Всё это заставляет нас серьёзно задуматься и принять радикальные меры, чтобы остановить уничтожение памятников культуры и организовать их охрану и изучение…

…В результате такого безответственного отношения на наших глазах гибнут многие ценные памятники культуры… В Минске на площади Свободы недавно снесена ратушная башня — выдающееся архитектурное сооружение XVIII века. Варварски уничтожаются городища (замчища) в Минске и Витебске…»

Беларусь тогда уже постепенно отходила от десятилетий репрессий и снова пыталась говорить вслух. Письмо вызвало редкое для того времени общественное обсуждение, но советские власти его проигнорируют. Ответа не последует. Разрушение Беларуси продолжится.

А вскоре главный редактор газеты «Літаратара і мастацтва” Василь Витка, опубликовавший обращение, и почти вся редакция будут уволены.

История борьбы за историю Менска - день за днём, документ за документом, уникальные фото

Письмо 148-и. Крестьяне против системы: дело преподавателя Ржэускага

В августе 1957 года 141 житель деревни Скарчава Баранавицкага района и 7 жителей Баранавичау обратились в Прокуратуру СССР в защиту политически осуждённого преподавателя Гродненского педагогического института Бранислава Ржеускага.

Преподаватель, бывший отважный беларуски партизан, который сражался как лев с оккупантами как раз в окрестностях Барановичей, не мог согласиться с политикой русификации в Беларуси и с политическими репрессиями. Что делать? Писать, просить, молить защитить беларуский язык и культуру.

И Бранислау Ржеуски обращается в самые-пресамые беларуские учреждения: Академию наук Беларуси, Союз писателей Беларуси, беларуски музей беларуского поэта Янки Купалы, беларускую газету «Літаратура і мастацтва». К письмам он прикладывает свои стихи «Аб помніку Янку Купалу» и «Табе, правадыр», где называет Сталина «живодёром», убийцей, Нероном и Чингисханом.

16 января 1957 года, прямо во время лекции в Гродно, преподавателя арестовывают карательные органы.

Браниславу Ржеускаму выписывают семь леь лишения свободы по самому распространённому политическому обвинению того времени:

«пропаганда или агитация, содержащие призывы к свержению, подрыву или ослаблению советской власти…»

Дома у него находят оригиналы его стихов и «антисоветские» беларуские книги.

По всей Беларуси в 1957 году за «антисоветские взгляды» карают как минимум 65 человек. Руководитель СССР того времени Никита Хрущёв, напуганный событиями в Венгрии 1956 года, дал сигнал к «зачистке» общественного пространства и КГБ бросился выполнять.

Бранислау Ржэуски продолжит борьбу за беларускость и за решёткой, будет засыпать власть письмами, выйдет на свободу после четырёх лет (вероятно, повлиял и протест крестьян из Скарчава), получит запрет на профессию и фактическое общественное забвение. Он умрёт скоропостижно в 1980 году в Гродно, в кругу своей семьи.

«…Прошу Вас разъяснить мне, в силу каких реальных законов белорусский язык в Беларуси оказался изгнанным из партийных и советских органов и заменён русским языком… Почему суды квалифицируют защиту этих партийных решений как контрреволюционные и социально опасные действия?..» - эти вопросы Ржэуски задавал бы властям и сегодня. В независимой Беларуси они продолжают оставаться актуальными.

В тюрьме, когда многие решали замолчать, Ржэуски пролжал бороться - нетипичная история беларуса и гражданина

Письмо 302-х. Октябрь 1968 года. Менск

Октябрь 1968 года. Минск. Трое студентов филологического факультета Беларуского государственного университета начинают сбор подписей под обращением к руководству университета. Требование до боли простое: читать все лекции в беларуском университеце, кроме специальных дисциплин, на беларуском языке.

Под письмом подписались 302 студента трёх курсов факультета. Спецслужбы называют сбор подписей «идеологической диверсией», а инициаторов, Алеся Разанава, позже беларуского поэта невероятной мощи, а также Виктара Ярца и Льва Барташа - объявляют «буржуазными националистами». Разанава и Ярца исключают из университета.

Благодаря беларускай солидарности, особенно помощи Нила Гилевича и Максима Танка, Разанау завершит обучение в Бресте, а Ярец - в Гомеле.

Здесь все подробности этого студенческого протеста 

Протест 50+. STOP с идеологией

Более 50 студентов, в массе своей, философского факультета Беларуского государственного университета, в апреле 1981 года подписывают обращение к ректору. Требований было более десяти, и главная идея - прекратите навязывать идеологию, дайте нам нормально учиться.

Эти события войдут в историю как «бунт философов», студенты попадут под давление КГБ. Инициаторами протеста назовут Леанида Свирыдава, Ину Войцкую, Алега Малашчука и Валера Залатара - всех их исключают из университета.

На решение окажет влияние и тот факт, что беларуские студенты планировали передать в Польшу обращение в поддержку профсоюза Солидарность и Леха Валенсы.

Дело неожиданно получит продолжение в 1984 году, продолжение трагическое. Алег Малашчук попытается восстановиться на втором курсе философского факультета, но получит отказ руководства. 26 июля 1984 года он зайдёт в главный корпус университета на сегодняшней площади Незалежности, напишет мелом на учебной доске в одном из кабинетов прощание на беларуском языке и прыгнет с верхнего этажа.

Письмо 28-и. Москва, Кремль, Горбачеву

В декабре 1986 года на стол новому руководителю Советского Союза Михаилу Горбачёву ложится письмо беларуской творческой интеллигенции. Тема для Беларуси неизменная: обратите внимание на национальные проблемы беларусов в Беларуси.

Инициаторы письма минчане - художник Яуген Кулик и биолог Змицер Санько.

Подписанты не видят смысла стучаться к назначенным Москвой беларуским чиновникам - те упорно игнорируют просьбы улучшить положение беларуского языка и культуры в стране.

А в СССР теперь новый, относительно молодой, генеральный секретарь - Михаил Горбачёв, и подписанты надеются, что «новая метла» обратит внимание на национальные проблемы Беларуси. Они прямо заявляют, что ситуация требует спасения:

 - Мы переживаем сложный период в истории беларуского народа, когда требуются решительные действия по спасению (именно спасению, потому что отдельные поверхностные косметические меры положение не исправят) родного языка, родной культуры, а значит, и беларуского народа от духовного вымирания.

Авторы письма приводят конкретные, шокирующие цифры:

 - На момент написания письма в Беларуси только у 25% первоклассников есть беларуский букварь; на беларуском языке издаётся менее 5% художественной литературы; практически нет в Беларуси кинематографа на родном языке; из полутора десятка театров в стране лишь 3 беларуские; беларуски язык как рабочий и как язык делопроизводства практически не используется госорганами; в совершенно запущенном, плачевном состоянии находится дошкольное воспитание на родном языке. Беларускаязычные ВНУ, техникумы, училища отсутствуют.

Обращение подписали 28 человек. Подписи - на вес золота, как это было почти всегда в Советском Союзе. Гласности и перестройки ещё нет. Каждый такой шаг по-прежнему может обернуться обвинениями в национализме и репрессиями:

Уладзімір Содаль, Саюз журналістаў СССР

Леў Мірачыцкі, гісторык

Віктар Маркавец, Саюз мастакоў СССР

Генадзь Каханоўскі, гісторык

Яўген Кулік, мастак

Яўген Лецка

Аляксандр Рашчынскі, кампазітар

Яўген Лаўрэль, супрацоўнік Мінасветы

Леанід Лыч, гісторык

Эдвард Зайкоўскі, гісторык

Вячаслаў Вярэніч, філолаг

Васіль Талстой, гісторык

Мікалай Арочка, філолаг

Алесь Разанаў, паэт

Леанід Шчамялёў, народны мастак

Уладзімір Конан, філосаф

Рыгор Барадулін, Саюз пісьменнікаў

Пімен Панчанка, народны паэт

Васіль Быкаў, народны пісьменнік

Аляксей Дудараў, Саюз тэатральных дзеячаў СССР

Вячаслаў Адамчык, Саюз пісьменнікаў СССР

Васіль Вітка, заслужаны дзеяч культуры БССР

Стэфанія Станюта, народная артыстка БССР

Максім Лужанін, заслужаны дзеяч мастацтваў БССР

Эдвард Агуновіч, заслужаны работнік культуры БССР

Валянціна Пархоменка, заслужаная артыстка БССР

Алесь Кудравец, галоўны рэдактар часопіса “Нёман”

Янка Брыль, народны пісьменнік БССР

Ответа и заметной реакции на обращение не последовало, и 4 июня 1987 года беларусы направляют Горбачёву ещё одно письмо, которое уже подписывают 137 человек. Но перед Беларусью вскоре забрезжит  надежна на восстановление независимости, и народ получит шанс на национальное возрождение.

Протест 400+. Защита историка и истории

В 2012 году общественность Беларуси поднялась на защиту историка, уволенного из Гродненского государственный университет имени Янки Купалы. Причиной увольнения стало издание книги по истории Гродно. Книга не понравилась цензорам, идеологам и сотрудникам спецслужб.

Письмо по своей сути стало протестом против запрета на профессию для историков с пробеларускими взглядами и против преследования за использование в научных работах исторических и государственных символов Беларуси - герба «Пагоня» и бело-красно-белого флага.

«Оценку будем ставить мы»: открытое письмо историков   

100 000 + в защиту национальных символов

Петиция стала ответом на заявления Генеральной прокуратуры Аляксандра Лукашэнки о возможном признании исторического бело-красно-белого флага экстремистским. Заявление прозвучало в конце января 2021 года.

В ответ в течение нескольких дней более 100 000 человек подписали электронную петицию в защиту национальных символов и за признание бело-красно-белого флага историко-культурной ценностью.

 - Мы считаем, что запрет на использование бело-красно-белой символики не обоснован ничем, кроме политического давления на граждан, несогласных с действиями действующей власти.

Бело-красно-белый флаг был государственным символом Беларуси с 19 сентября 1991 года по 7 июня 1995 года.

Беларуская история, как и история любого другого государства, полна поражений, но беларусы никогда не переставали бороться. Публичные обращения чаще всего не спасали от арестов и тем более не спасали жизни, не останавливали имперские планы и репрессии. Но они выполняли свою миссию - не позволяли утвердиться молчанию и свидетельствовали: беларусы не согласны.

_________________________

В государстве, где людей веками лишали голоса, сам жест публичного высказывания становился формой свободы. И поэтому написанное действительно остаётся.

Редакция

Текст переведён с беларуского языка